ШЕВЫРЕВ, СТЕПАН ПЕТРОВИЧ. « .

Ты спрашиваешь у меня, мой друг, о современном состоянии нашей Словесности. Ты хотел бы отдать себе отчет в том, какую мысль выражает русское слово в настоящую минуту нашего существования? Чем занята наша дума, о чем наша нравственная забота? Все это, по твоему мнению, содержится в произведениях Словесности; все это, по мелочи, высказывается в ней, - и ты хотел бы изо всей этой массы слов извлечь одну идею - и тем определить современное направление отечественного слова. Ты думаешь, что, не разрешив себе этого вопроса, невозможно определить верно и точно ни характера частных произведений, составляющих эту общую массу Словесности, ни характера писателей, из которых каждый есть частица народного ума, выраженного в слове; ты думаешь, что, не

отправившись от этой точки, нельзя решить, почему такие-то роды у нас господствуют, почему такиe-то сочинения особенно привлекли счастливое внимание публики , какую роль играют журналы , какой характер приняла критика? - Одним словом, по твоему мнению, только объяснивши себе настоящую минуту нашей умственной жизни, определив, на какой степени мысли и образования стоит русский народ, оправдывая тем усилия славных поборников, содействовавших и содействующих к его нравственному величию, только сказав себе: о чем мы теперь думаем? - мы можем решить вопрос: что мы пишем? -

Твоя точка зрения слишком высока; сойди, мой друг, с этого Шимборазо критики. Ты взбираешься на него, чтобы полным взором окинуть все царство русского слова; - напрасно, - ты ошибаешься. На Шимборазо земли не увидишь: туманы от тебя ее закроют. Нет, спустимся на землю, чтобы видеть землю; положим, что мы и не обозрим всего горизонта нашей Словестности, но зато вернее определим то, что увидим около себя, вернее объясним то, что объясняется гораздо простее [ПРОЩЕ (VT)] , нежели ты воображаешь. Начнем с самого земляного взгляда на нашу Словесность - и посмотрим на то, что прежде всего в глаза бросается. Конечно, это будет

« », которая 12 раз в прошедшем году тебе кидалась в глаза. Она - постоянная представительница живого бытия нашей Словесности, представительница, носившая на своем челе венец изо всех имен, славных и неславных, составляющих почти весь курс нашего пишущего мира, но теперь сбросившая его с себя, как ненужную тягость, как лишнюю прикрасу сознанного величия и могущества! Она - огромный пульс нашей Словесности, двенадцать раз в году толстым томом ударяющий по вниманию читателей, - и если бы Критика, этот Медик Литературы, захотела узнать о здоровьи нашего русского слова, - за « » она должна взяться и, по движению этого пульса, судить о состоянии нашей Словесности. Но что такое « »? Думал ли ты об этом? Рассуждал ли ты об еe происхождении? Олицетворяет ли она собой какие-нибудь литературные мнения, принадлежащие известной школе? Намерена ли она представить образцы вкуса и тем направлять наше эстетическое образование? - Все это вопросы посторонние, нимало не относящиеся к моему настоящему взгляду на нашу Словесность. есть просто пук ассигнаций , превращенный в статьи , чрезвычайно разнообразные, прекрасные, но более плохие, редко занимательные и часто скучные.

Ты изумляешься моему определению. - А этот новый Роман , который у нас успел уже сделаться старым и долетает к вам со всей прелестью свежести и новизны, и еще пахнет своей колыбелью - типографией? Ты хочешь связать мысль этого Романа с веком, разгадать в нем черты современности, сквозь прозрачную картину отдаленной жизни, которую будто бы он изображает, прочесть думу и характер нашей эпохи? - Я смотрю совершенно иначе на этот Роман. Ты видишь в нем что-то отвлеченное, а я вижу в нем гораздо более существенное, - а именно, ту деревню, в которую превратил его Автор.

Да, да, - мой взгляд на современную нашу Литературу будет ныне совершенно материальный. На Журналы я смотрю, как на капиталистов . « » имеет для меня пять тысяч душ подписчиков . , может быть, вдвое. Замечательно, что эти журналы еще в том сходятся с богачами, что любят хвастаться всенародно своим богатством.