О книжной торговлe и любви ко чтению в России

За 25 лет перед сим были в Москве две книжные лавки , которые не продавали в год ни на 10 тысяч рублей. Теперь их 20, и все вместе выручают они ежегодно около 200 000 рублей. Сколько же в России прибавилось любителей чтения! Это приятно всякому, кто желает успехов разума, и знает, что любовь ко чтению всего более им способствует.

Господин Новиков был в Москве главным распространителем книжной торговли. Взяв на откуп Университетскую Типографию, он умножил механические способы книгопечатания, отдавал переводить книги, завел лавки в других городах, всячески старался приoхотить публику ко чтению, угадывал общий вкус и не забывал частного. Он торговал книгами, как богатый голландский или английский купец торгует произведениями всех земель: то есть, с умом, с догадкою, с дальновидным соображением. Прежде расходилось московских

газет не более 600 экземпляров : Г. Новиков сделал их гораздо богатее содержанием, прибавил к политическим разные другие статьи, и наконец выдавал при ведомостях безденежно «Детское Чтение», которое новостью своего предмета и разнообразием материи, несмотря на ученический перевод многих пиес, нравилось публике. Число пренумерантов ежегодно умножалось, и лет через десять дошло до 4000. С 1797 году газеты сделались важны для России высочайшими императорскими приказами и другими государственными известиями, в них вносимыми; и теперь расходится московских около 6000; без сомнения еще мало, когда мы вообразим величие империи, но много в сравнении с прежним расходом; и едва ли в какой-нибудь земле число любопытных так скоро возрастало, как в России. Правда, что еще многие дворяне , и даже в хорошем состоянии, не берут газет; но зато купцы , мещане любят уже читать их. Самые бедные люди подписываются , и самые безграмотные желают знать, что пишут из чужих земель ! Одному моему знакомцу случилось видеть несколько пирожников, которые, окружив чтеца , с великим вниманием слушали описание сражения между aвстрийцами и французами. Он спросил и узнал, что пятеро из них складываются и берут московские газеты , хотя четверо не знают грамоте; но пятый разбирает буквы, а другие слушают....

...Любопытный пожелает, может быть, знать, какого роду книги у нас более всего расходятся ? Я спрашивал о том у многих книгопродавцев , и все не задумавшись отвечали: «романы»! Не мудрено: этот род сочинений без сомнения пленителен для большей части публики, занимая сердце и воображение, представляя картину света и подобных нам людей в любопытных положениях, изображая сильнейшую и притом

самую обыкновенную страсть в ее разнообразных действиях...

...Не знаю, как другие, а я радуюсь, лишь бы только читали ! И романы, самые посредственные, даже без всякого таланта писанные, способствуют некоторым образом просвещению.